Город Листригонов

30 октября 2009

Объект 825 ГТС (Городская телефонная Станция)
Объект 825 ГТС (Городская телефонная Станция)

В 15 километрах от Севастополя, между мысами Фиолент и Айя, раскинулось одно из старейших поселений Крыма – Балаклава. Кроме уникальных памятников природы, здесь сохранились следы генуэзской крепости Чембало и древних храмов, овеянных поэтическими легендами. Но больше всего поражают мощные подземные сооружения с огромным количеством лабиринтов и 600-метровым каналом для прохода атомных подводных лодок.

Секретный приказ для Берия.
Если бы у трансурановых элементов был запах, то можно было бы сказать, что в 50-е годы в мире запахло «оружейным» плутонием. На полигонах Невады и Новой Земли вовсю вздымались ядерные грибы. Назревал Карибский кризис как запал третьей мировой – термоядерной – и потому последней на планете войны.
Обе сверхдержавы – СССР и США – постепенно наращивали арсеналы атомных бомб, ядерных боеголовок для ракет и торпед, угрожая друг другу превентивными ударами и ударами возмездия. Именно тогда Сталин отдал Берия секретный приказ: отыскать такое мест, где могли бы базироваться подводные лодки для нанесения ответного ядерного удара. Выбор пал на тихую Балаклаву: город сразу же засекретили , его название на карте Крыма больше не упоминалось.
Незадолго до своей смерти Иосиф Виссарионович утвердил комплексный план защиты от атомного оружия основных промышленных и оборонных объектов страны. Проект балаклавского подземного завода по ремонту подводных лодок вождь рассматривал и визировал лично. Времени на размышления у него почти не оставалось: по данным советской разведки, в США уже развернулось бешенное подземное строительство. Под сколы и в шахты прятали командные пункты и баллистические ракеты, ангары и военные заводы… Целые города уходили в земные недра, ветвясь там, как кротовые норы.
В гонке вооружений Советский Союз не мог отставать от Соединенных Штатов. Летом 1957 года в Балаклаве появились специалисты Минспецмонтажа. Работы в горе Таврос велись круглосуточно, как у шахтеров, в четыре смены. Шаг за шагом, кубометр за кубометром, день за днем, год за годом... Общая выработка скального грунта превышала 25 тысяч кубометров. В толще западного утеса возникали рукотворные расщелины и пещеры, которые превращались в подземные дороги, причалы, шлюзовые камеры, цеха, арсеналы, хранилища, кабинеты... В случае ядерной угрозы это подземное царство было рассчитано для укрытия 10 тысяч человек и целого дивизиона субмарин. В автономном режиме они могли находиться в течение 3 лет!
В 1957 году было создано специальное строительное управление №528, которое непосредственно занималось строительством подземного сооружения, — говорит заместитель директора Военно-морского музейного комплекса «Балаклава» Александр Шестопал. — Поскольку архивные документы до сих пор находятся у россиян, нам пришлось собирать информацию по крупицам. Ситуация осложнялась тем, что у многих специалистов до сих пор не закончился срок подписки о неразглашении. Все было настолько засекречено, что даже местные жители ни о чем не подозревали. Это был единственный в мире подобный подземный комплекс. В предельно сжатые сроки сооружены подземные убежища для субмарин-«малюток» (проект 615) и военный завод «Металлист» для их ремонта. Подземный завод строился в противоатомном отношении I категории устойчивости с пробивкой скального грунта высокой степени защищенности и обеспеченности. Он имел большие производственные площади, в том числе сухой док и подводной канал для одновременного захода семи подводных лодок (как в надводном, так и в подводном положении). Вся заводская инфраструктура была полностью изолирована от внешнего мира с помощью перекрытых подводных шлюзов. Боевые лодки ремонтировались в автономном режиме и выходили через специальный канал прямо в открытое море. В целях конспирации в подземный комплекс впускали и выпускали только по одной субмарине и только в ночное время. Поэтому сосчитать количество лодок, на которых к тому же часто меняли бортовые номера, в Балаклаве было почти невозможно.

Защита от «пяти Хиросим»
В скальную штольню субмарины забирались своим ходом через канал длиной более 600 метров, глубиной — 8,5. Это уникальнейшее сооружение располагается как в подводной части Балаклавской бухты, так и на уровне воды в скале, высота которой достигает 130 метров. Рядом размещались производственный цех и подсобные помещения общей длиной в 300 метров. Самый большой диаметр штольни — 22 метра. Со стороны бухты вход в штольню перекрывался 150-тонным плавучим ботопортом, который всплывал после поддувания воздухом. Это позволяло полностью «закупоривать» подземный объект. Такой же ботопорт, но только меньшего размера, установили в подземном сухом доке. Когда лодка входила в надводном положении, ботопорт закрывался, из него откачивали воду и доковали лодку. Выход на северную сторону также перегораживался ботопортом, который отводился в сторону, выпуская субмарины в открытое море. Вход в тоннель с северной стороны был настолько искусно замаскирован, что непосвященный человек ни за что не обнаружит штольню даже на близком расстоянии. Таким образом, подземный комплекс был полностью изолирован от внешней среды. Его защита позволяла выдержать прямое попадание атомной бомбы мощностью до 100 килотонн, что равнялось «пяти Хиросимам». Для смягчения ядерного удара все подземные сооружения, включая водный канал, имели закругленную форму.
По мнению военных «верхов», при гипотетическом ядерном взрыве в центре Балаклавы, помимо огненного шквала до нескольких тысяч градусов, огромных уровней радиации в десятки тысяч рентген, столб воды мог подняться на десятки метров, засосав в горло бухты сотни миллионов тонн воды и затопив все живое. Весь удар должен был принять на себя передвижной ботопорт, который закрывал и открывал морской вход в подземный комплекс. Максимальная высота внутренней полости комплекса достигала 10 метров, а высшая точка скального грунта над ним — 26 метров. Кроме загрузки боезапаса, подводные лодки могли подзарядить в заводе свои аккумуляторные батареи, пополнить запасы воды и топлива. Придя с боевой службы, субмарины могли пройти все необходимые виды техобслуживания, ремонта, а затем выйти в полном снаряжении из подземного комплекса.
В секретных цехах насчитывалось от 170 до 230 человек, обслуживавших док и другие инженерные системы подземного объекта. Еще 50 человек входили в подразделения водной охраны и несли постоянную службу на трех постах: на входе и выходе из тоннеля и возле дока. Общая площадь всех подземных сооружений превышала 15 тысяч квадратных метров, а канал, по которому проходили подлодки, был шире самой Балаклавской бухты. Отдельные помещения достигали высоты трехэтажного дома...

Хрущев предпочел бы винные подвалы...
В 1961 году Хрущев взял курс на сокращение Вооруженных Сил СССР. При посещении Севастополя и Черноморского флота Никита Сергеевич по-своему оценил уникальность подземного сооружения в Балаклаве. Масштабность и универсальность подземного комплекса настолько поразили Хрущева, что он приказал переоборудовать его под... склады для вина. И только благодаря настойчивым просьбам и неоднократным специальным докладам в ЦК КПСС Главнокомандующего ВМС СССР адмирала Кузнецова подземный завод по ремонту подводных лодок удалось достроить.
Трудно представить, как внутри огромной горы, состоящей из твердых мраморных пород, всего за четыре года продолбили 600-метровый канал. Ведь уровень канала на 7 метров ниже уровня моря! Какие инженерные технологии применялись для создания эго искусственного детища, до сих пор остается загадкой. Известно лишь, что первоначальные работы вели представители Черноморского флота СССР. Рабочей силой обеспечивал военный горно-подземный строительный батальон, а затем основные работы выполнил коллектив Московского метрополитена.
Рядом со штольней были построены склад ракетного оружия и хранилища ядерных боеприпасов. Подземный склад для топлива, построенный в виде подземных вертикальных емкостей, позволял хранить до 4 тысяч тонн нефтепродуктов. Под защитой многометровой толщи скального грунта из хранилища по узкоколейной дороге к подземному причалу подвозили торпеды, ракеты, артиллерийские боеприпасы и другой необходимый груз. Здесь же разместилась мастерская по профилактическому осмотру и ремонту узлов и деталей кораблей. Западный выход из канала закрывался специальным сооружением — сборными железобетонными плитами толщиной 2 метра, длиной — 10 и высотой — 7 метров.
Весь подземный комплекс с мощной системой шлюзования и жизнеобеспечения является, пожалуй, единственным в мире историческим памятником инженерно-технического искусства времен «холодной войны». На протяжении 30 лет (с 1960 по 1990 год) никто из местных жителей даже не подозревал о существовании секретной штольни — «Объекта №825 ГТС», который официально назывался городской телефонной станцией.
Многие уже догадывались, почему Балаклава перестала быть климатологическим курортом, несмотря на очень жесткий режим секретности: въехать в бухту не могли даже коренные севастопольцы. Говорят, одного зеваку, случайно проехавшего свою остановку, сняли с автобуса при подъезде к бухте и едва не замордовали в застенках КГБ. А двое бывших рабочих, годами живших на одной лестничной площадке, только после горбачевской гласности узнали о том, что они трудились на одном и том же заводе, в одном и том же месте, но только в разных бригадах.

Куда уплыли миллиарды?
Военные «хозяйничали» в бухте вплоть до развала Советского Союза. Последняя российская субмарина покинула Балаклаву в марте 1995 года. И город, и порт, и вся гавань полностью перешли под юрисдикцию Украины. Подземный комплекс вывели из эксплуатации и передали местной власти. Все производственные мощности (дорогостоящие станки и оборудование с драгметаллами) вывезли в неизвестном направлении. Когда массивные противоатомные гермодвери «гостеприимно» распахнулись перед всеми желающими, «демилитаризацией» бухты занялись «хваткие хозяйственники»: откручивали, снимали и вывозили все, что могли. В подземные шахты ринулись толпы добытчиков лома цветных и черных металлов. Первым делом были похищены все чугунные крышки, закрывавшие всевозможные коммуникационные колодцы, смотровые люки, технологические шахты, тоннели, потерны и прочие переходы. В некогда засекреченный завод можно было без особых проблем въехать не только на грузовике, но и на небольшом подъемном кране. От бывших цехов, способных в кратчайшие сроки вернуть в строй покалеченную субмарину, остался один-единственный станок, который уже никогда не заработает: силовые кабели вырезаны до последнего метра, а все детали «ушли» на металлолом. Относительно мало пострадали только уникальные фильтровентиляционные камеры и туалеты: редкий обыватель мог приспособить их в «хозяйственных» целях. Сантехника в подземных объектах, как и во всех бомбоубежищах, отличалась прочностью и простотой, но отнюдь не престижностью и комфортом. Говорят, из подземного города вывезли несколько сотен тысяч тонн металла и «выкачали» не один миллиард гривень.
Сегодня о былой подземной мощи напоминает лишь облезлая надпись «Счастливого плавания!», расположенная, вероятно, на месте бывшей казармы. От мощного дивизиона атомных субмарин, .способных «потопить» целые континенты, украинским Военно-Морским Силам досталась в наследство только «дышащая на ладан» подводная лодка «Запорожье». Из Балаклавы ее перетащили в Стрелецкую бухту. Судя по всему, выйти в открытое море она может с таким же успехом, как и легендарный крейсер «Аврора». Подземные укрытия превратились в опасные тропы с коварными «волчьими ямами» почти на каждом шагу. В темных тоннелях разинули жадные пасти канализационные люки, лестницы остались без перил, а мостики над водоканалом просто разрушены. В многочисленных помещения валяются и торчат металлические детали, не заинтересовавшие «кладоискателей», но вполне способные покалечить незадачливого туриста. Единственное, что не угрожает, — это электрический ток: от многокилометровых кабельных трасс осталось лишь воспоминание. Заброшенный южный ботопорт под действием неких неведомых сил распался на две части, одна из которых свалилась в канал, перегородив вход. На изъеденном ржавчиной изломе видно, какую огромную работу проделали во время сборки этого ботопорта, сколько стальных листов требовалось сварить и сшить. Некоторое время в бывших помещениях для хранения секретной документации находились «списанные» купоно-карбованцы, которые впоследствии уничтожили. Нынче здесь развлекаются местные мальчишки, «бомбардируя» подземный канал ржавыми гайками.

На «всплытие» — в... дискотеку!
На почерневших стенах подземного города еще можно увидеть следы от выжигания ворованного цветного металла. Грабеж бывших заводских цехов продолжался бы и по сей день, если бы военные не решили создать музей — «в назидание потомкам». Его немногочисленные сотрудники сразу же превратились в зорких стражей уцелевшего добра.
Весть о наличии в Балаклаве уникального подземного памятника быстро облетела все посольства, аккредитованные в России и Украине. Когда иностранные гости прибыли в бухту, они пришли в ужас и не поверили собственным глазам: неужели советский человек мог такое создать? В 2001-2002 годах в подземном городе бухты побывали посол Китая Ли Гиобанг, посол Италии Брунетти Гетц, посол Израиля Анна Азари... Говорят, что ведущий комментатор американской телекомпании Майкл Лафтин после выхода на поверхность не удержался и перочинным ножом выцарапал свое имя на стене бетонной патерни туннеля). Не устояла перед соблазном сделать то же самое и племянница знаменитого Уинстона Черчилля — графиня Кларисса...
В соответствии с планом международного «Трейд-клуба» подземный комплекс посетили торговые атташе и представители деловых кругов из 43 стран мира. После обзора бывшего подземного завода они предложили сделать из него музей «холодной войны». Чтобы превратить бывшие закрытые военные объекты в «открытую» зону туризма, нужно около полумиллиарда долларов. Именно такую цифру называют в Севастопольской городской администрации сторонники суперпроекта «Балаклава — международный туристический и рекреационный центр».
У входа в главную штольню предлагают воздвигнуть шестиэтажное здание в виде носовой части подводной лодки: там будут отведены места не только для демонстрации бывшей военной техники (ракет и торпед), но и для увеселительных заведений — ресторанов и дискотек. Архитектурно-художественное решение музейного комплекса задумано так, чтобы сохранить таинственность горы Таврос. Музейные экспозиции будут освещены под таким углом, чтобы создать видимость подземного пространства. Но сначала нужно решить проблему водной очистки бухты. Во многих местах дно покрыто многометровым слоем ила, в котором, кроме всевозможных отходов и шлаков, могли затаиться боевые снаряды и мины...

Источник: газета "Киевский регион"


Вернуться назад

 Комментариев: 1 | Просмотров: 2749

Комментарии: 1

  1. Я,живу в Балаклаве с 1984 года. Уже тогда не было тайной для Балаклавцев о назначении "штольни". А маскировка и вовсе была аховой, особенно южного выхода в море.

    Михаил 25.05.2010
  2. Добавить комментарий

    Commenter Gravatar